Source: Fontanka.ru
22.03.2012 10:32 http://www.fontanka.ru/2012/03/22/024/
История Марианны Гринь, бежавшей из Италии с четырьмя детьми от “мужа-садиста”, оказалась поучительнее, чем семейные драмы её подруг по несчастью Риммы Салонен, Ирины Беленькой и других, у кого западные папаши отнимали детей. Марианна Гринь – женщина уникальная: впервые при дележе детей обладательница российского паспорта так ловко и грамотно использовала родину.
“Дело Марианны Гринь” вызвало дипломатический скандал. Начался он почти сразу, как только женщина и дети сошли с трапа в Пулково, и тлеет уже полгода.
В минувшем сентябре в поисках не столько супруги, сколько похищенных детей, американский гражданин Майкл Макилрот обратился в Генеральное консульство США в Санкт-Петербурге к начальнику отдела Мэтью Коттреллу. В переписке они запросто называют друг друга Майк и Мэтт. И Мэтт информирует Майка: твои дети прибыли в Россию 27 августа 2011 года вместе с матерью по её российскому паспорту рейсом из Загреба через Москву, но где они находятся теперь – не знаю, в их петербургской квартире мы не видим никакой активности. Попытки войти в контакт с твоей женой продолжим, в случае успеха сообщим.
Беглой женой и была Марианна Гринь. Гражданка США, выпускница Гарварда, говорящая на четырёх языках, юрист, мать четырёх детей. Американка гораздо больше, чем русская, потому что из СССР она уехала давным-давно, в детстве, вместе с мамой. Женщина умная, цепкая и дальновидная. Взять хотя бы петербургскую квартиру, которую упоминает в письме консульский работник: Марианна приобрела её загодя, но до поры до времени сдавала в аренду.
Ни в чём не повинные арендаторы стали свидетелями фантастического усердия американских дипломатов. Последние нагрянули в квартиру, как только увидели свет в окнах. То есть за квартирой они следили, что явно не входит в круг их дипломатических полномочий на территории чужой страны. То, что происходило после их вторжения, описывают по-разному. Самую радикальную версию предлагает Марианна (со слов квартиросъемщицы, самой Марианны на месте событий не было, она остановилась у знакомых): “Они провели незаконный обыск! Не верили, что женщина, открывшая дверь, – не я, требовали предъявить детей, дать их документы, показать чемоданы…”. Консульские работники утверждают, что лишь вежливо попросили передать визитную карточку хозяйке квартиры и поинтересовались данными агента по недвижимости. Представители следствия, которые проводили проверку по заявлению насмерть перепуганной квартиросъёмщицы, выяснили, что дипломаты “осуществляли незаконный сбор сведений о жизни частного лица без его согласия”. На юридическом языке это можно назвать незаконной оперативно-разыскной деятельностью, в просторечье – мелким шпионажем. При этом визитёры, оказывается, подняли такой шум, что соседи вызвали полицию. Трудно сказать, что заставило дипломатов пойти на такие нарушения. В Генконсульстве США отказались прокомментировать ситуацию “Фонтанке”.
Так семейная драма переросла в межгосударственный конфликт. Стороны обменялись дипломатическими нотами. Но даже это сыграет на руку гражданке обеих стран Марианне Гринь.
Шпион, который меня чуть не убил
Худенькая женщина в толстовке и потёртых джинсах ждала меня в кафе и грела руки о кружку. Если не знать, что она – мать четверых детей, старшему из которых 15 лет, её и саму можно принять за подростка. Её рассказ удивляет, возмущает, заставляет сопереживать и негодовать. Позже я узнаю, что такова первая реакция всех, на кого Марианна обрушивает свою историю. И кто не может или не хочет знать подробностей.
– Мой муж Майкл Макилрот – очень высокопоставленный человек, – прилежным голосом, словно читая с листа, начала Марианна. – Заведует судебными делами отдела нефтегазопромышленности самой большой корпорации на Земле – “Дженерал Электрик”…
Они поженились, когда ей было под 30, ему – слегка за 30. После рождения первого сына Майкл предложил ехать в Италию, где он должен был вести дела как юрист “Дженерал Электрик”. Они прожили там 12 лет, в Италии родились еще трое их детей.
– У меня не было ни финансовых, ни жилищных проблем, у меня были няня и домработница, мы жили в отличном климате, – жалуется Марианна Гринь. – Но я стрелялась от безделья! Я умоляла мужа разрешить мне работать, позволить вернуться с детьми в США… И тогда он заявил: поднимешь голову – детей не увидишь.
Она не могла взять в толк: почему муж не отпускает её? Почему не разрешает работать? Детьми, говорит, он никогда не интересовался, вообще ушел из дома, у него появилась другая женщина. Но едва супруга заикнулась, что хочет уехать, начался кошмар. Муж запустил бракоразводный процесс, сумел как-то воздействовать на судью, на экспертов и на всех до единого свидетелей, и опеку над детьми присудили ему. Однако дети не хотели жить с папой, и тогда он стал их избивать.
– Он сломал руку старшему сыну, ударил головой о стену среднего! – сообщает Марианна.
Её, говорит, муж избил так, что она почти ослепла на один глаз. Она демонстрирует ужасающие фотоснимки: красное распухшее лицо, верхняя губа – сплошной синяк…
Много раз с медицинскими справками она обращалась в итальянскую полицию, а там затевали проверку, тянули месяцами, а потом сдавали дела в архив. Все, все вокруг вставали на сторону “садиста”! И вот когда ей, гражданке США, отказалось верить даже американское консульство во Флоренции, она осознала страшное…
– Я поняла, что мой муж – не тот, за кого себя выдает, – понизив голос, она чуть склоняется ко мне. – Он – агент ЦРУ!
Адвокат и дьявол
Если вы как-то представляете себе американского юриста, то вы представляете 50-летнего Майкла Макилрота. Он мог бы сниматься в фильме про адвоката штата Нью-Йорк, кем на самом деле и является. И вот этот красавец беспомощно крутит свой айпад и нервно тычет в экран, перебирая фотографии.
– Видите? Это клубника, которую мы выращивали с Эзрой! – он говорит, говорит, говорит о своих детях монологом. – Это его кусты, мы их вместе посадили в нашем саду, он ухаживал, поливал водой и ждал, когда ягоды покраснеют… А здесь мы в Альпах с Эллиотом и Сарой. Они так любят кататься на лыжах… О, тут Эллиот очень злой! Потому что Сара его обогнала. Он занял второе место, а она – первое! А здесь Сэм собирает оливки, мы потом делали из них настоящее масло! А тут Сара со своей маленькой кузиной, дочкой моей сестры. Сара её обожает. А Эллиот написал книгу, я собираюсь её опубликовать. Мы создали сайт, разместили там главы, и отзывы пишут дети со всех концов света!..
Я смотрела, слушала и не могла понять: а где, где тот папаша-садист, которого мне обещали показать? Наверное, он неплохой артист, этот адвокат, вон, аж слёзу пустить готов… Но дети-то, дети на снимках? Они висят на папе, льнут к нему, хохочут. Это те самые дети, которым он ломал руки и разбивал головы?.. И я позвонила в итальянскую школу, где эти дети учились.
– Нет-нет, это исключено, чтобы господин Макилрот бил детей, представить такого не могу, он очень хороший отец! – воскликнула учительница Яэль, которая работала с тремя старшими детьми. – У них была такая дружная семья, а дети такие умные, способные…
Ей вторила и няня детей, украинка Галина Василяшко, которая много лет работала в этой семье.
– Что вы, Майкл никогда детей не бил! – ахнула она. – Наказать, конечно, мог. Говорил, например: ты не будешь телевизор смотреть. Или вот он им давал по 2 евро в неделю, это здесь обычное дело, но в наказание мог лишить денег.
Галя стала твердить, какими хорошими родителями были её хозяева, как Майкл, который так много работал, все выходные проводил с детьми, как Марианна, несмотря на работу…
Стоп! Я перебила женщину: ведь Марианна жалуется, что не работала…
– Нет-нет, она работала почти все время, хоть и с перерывами, она ведь детей рожала, но потом снова шла работать, – простодушно затараторила Галя.
Позже Майкл Макилрот показал мне налоговые декларации. Из них следовало, что 9 лет из двенадцати в Италии Марианна Гринь работала в компании “Дженерал Электрик”, временами зарабатывала больше, чем муж.
Конечно, в таких конфликтах у каждого – своя правда, нет безусловно правых и виноватых. Но я поняла, что уже не могу по-прежнему верить худенькой и похожей на подростка женщине, которая так беззащитно грела руки о кружку с кофе.
На войне как на войне
В июле 2008 года, рассказал Майкл Макилрот, он, вернувшись из очередной деловой поездки, обнаружил странности в их с женой общей медицинской страховке. Выяснилось, что Марианна предъявила страховой компании счета за 10 психотерапевтических сеансов, якобы полученных супругом. Деньги, 10 тысяч долларов, попросила перевести на её счет. Майкл не обращался к психотерапевту, он провел маленькое расследование и выяснил, что счета за мифические медуслуги на суммы в десятки тысяч долларов у жены были поставлены на поток. Среди её “лечащих врачей” была даже некая Елена Михельсон из Петербурга со стоимостью каждого сеанса в 8 с половиной тысяч рублей (“Фонтанка” не нашла этого доктора).
Почему в страховой компании не заподозрили неладное? Адвокату Макилроту крупно повезло. Под подозрение в мошенничестве мог попасть он, и тогда – прощай, карьера.
– Я адвокат, мой отец шериф, моя мама судья, а тут такие вещи! – сокрушается законопослушный американец.
Потом он обнаружил, что с их общего счета в Ситибанке (демонстрирует выписку) исчезли деньги.
Но “добило” его, продолжает американец, другое: просматривая документы страховой компании, он обнаружил, что жена закупала в огромном количестве сильный транквилизатор – лоразепам. Майкл испугался: не решила ли Марианна использовать лекарство для решения проблем в поведении старшего, какие бывают у многих подростков?
Cемейная жизнь треснула окончательно. Майкл подал на развод и потребовал единоличной опеки над детьми.
Для Марианны это было ударом: как всякая мать, потерять детей она не могла. И тут уж так: на войне – как на войне, за детей она сражалась, как тигрица.
– Я общалась через Интернет с другими мамами, у которых такая же проблема, и это мне очень помогло, – сообщила она.
Уезжая с детьми из Флоренции, она оставила в квартире Майкла, в которой жила в последнее время, свои бумаги. Среди них муж нашёл распечатку из Интернета: если вы сумеете доказать, что стали жертвой домашнего насилия, то суд обязательно оставит детей с вами. В другой бумаге, в письме Марианны адвокату, Майкл обнаружил фразу: Италия – единственная страна, где можно использовать травмпункт в юридических целях.
Фактически это было описание военной стратегии. Марианна с детьми стали завсегдатаями травмпунктов, детских врачей и полицейских участков. Но итальянцы упорно не давали использовать травмпункты в юридических целях. В конце концов, полиция обратилась с письмом к прокурору по делам несовершеннолетних: Марианна Гринь в течение двух лет десятки раз доставляла детей в отделения неотложной помощи, однако врачи не обнаруживали патологий, поэтому полиция предлагает поместить детей в более спокойную среду для их психологического и эмоционального развития.
В одном из последних судебных решений по заявлениям Марианны (причём выносила его женщина) сказано: наблюдение за семьёй показало склонность со стороны отца работать с детьми над поиском правильного пути к преодолению трудностей, а также тот факт, что в период, когда дети жили с отцом, улучшились их поведение и успеваемость. Поведение матери, говорится в решении, часто направлено на конфликт с окружающими. Подобные наблюдения сделали и эксперты-психологи.
- Действительно, когда дети жили с отцом, они были веселые, спокойные, учились лучше, – подтверждает учительница Яэль.
Марианна тем временем предъявила фотографии, на которых она изображена с разбитым лицом. И заявила, что от побоев мужа теряет зрение.
– Это очень странно, – удивляется Яэль. – В те дни я видела Марианну, она приходила в школу, но лицо у неё было совершенно нормальное. А вы не думаете, что это макияж?
Оказалось, что за день до “побоев” Марианна посещала дерматолога. Он выписал ей мазь, имеющую побочный эффект: покраснение кожи. Её обращение в клинику по поводу глаза дало только один результат: свое заключение врач снабдил пометкой “ненадёжный пациент”.
Адвокат Макилрот, которому теперь приходится защищать самого себя от обвинений жены, нашёл старую медицинскую справку – ещё с тех времён, когда Марианна училась в Гарварде. Оказывается, заболевание глаза у неё нашли в юности.
И суд отдал отцу опеку над детьми. Для Италии это такое же исключительное явление, как для России.
Сироты флорентийские
– У сына недавно был день рождения, а он даже не поздравил его! – обличает Марианна мужа. – Мы не прячемся, он мог приехать в Россию! Но он пишет письма моим знакомым: “ах, я не знаю, где дети”… Да это всё театр!..
Я поджидала Майкла возле так называемой школы, в которой учатся его сыновья. Он надеялся увидеть детей, приволок полную сумку подарков, полдня торчал в фотосалоне – печатал снимки со своего айпада, чтоб отдать их детям, сбивал в стопку непослушные разнокалиберные листочки – письма от школьных друзей из Италии…
“Школа” оказалась “пансионом” – чем-то вроде интерната для проблемных детей, существующего на средства благотворительных организаций. Я обещала не называть адрес этого учреждения, в конце концов, воспитатели не виноваты, что Марианна Гринь поместила своих детей именно к ним. Точно в таком же “пансионе”, только для девочек, живёт дочка. Стеночки, любовно выкрашенные розовой краской, бедненько, но чистенько, в столовой дают суп… Мама детей навещает, по вечерам они вместе ходят в бассейн, но домой она потом возвращается, как правило, одна.
Всё это потрясло Майкла: его жена увезла детей для того, чтобы поместить в “учреждение”! Так он выразился.
– Как?! Почему?! Почему мои дети должны жить там, разве они сироты?! Они могли жить в нашем доме, я специально перестроил его так, чтобы у каждого из детей была своя комната! – не может успокоиться он.
Он не может понять, зачем Марианна отдала детей в сиротские приюты.
- Она знает, что я буду действовать только по закону, через суды, поэтому я не верю, что она спрятала детей, чтобы я их не увёз, – качает он головой. – Я боюсь, что в непривычной обстановке поведение детей могло стать… Трудным… Может быть, ей проще, когда они живут в учреждении?
Встретиться с детьми он так и не смог. У меня на глазах его не пустили дальше порога. В частном разговоре одна из воспитательниц призналась: она понимает, что по закону должна разрешить отцу видеться с детьми, но на конфликт с госпожой Гринь идти не хочет. Максимум, на что она согласилась, – передать детям подарки на прошедшие дни рождения, фотографии и письма.
На обратном пути американец сиял: по сравнению с прошлыми приездами, когда подарки и письма он увозил обратно, налицо был большой прогресс.
Мама
В Калифорнии, которую от Петербурга отделяют 11 часовых поясов, живёт мама Марианны – Инесса Гринь. Она – советская журналистка, в 70-е годы уехала с дочерью из СССР. Я звонила ей, чтобы хоть кто-то подтвердил слова Марианны, раз этого не захотели делать её знакомые в Италии.
Звонила я с опаской: в суде Марианна заявила, что её мать не встаёт с постели и страдает болезнью Альцгеймера. Но мне ответила остроумная и веселая женщина. В свои 72 года она успешно осваивает компьютер, подаренный сыном – младшим братом Марианны. Общались мы по скайпу, и я видела эту чудесную, солнечную женщину с копной седых волос. Дочь она зовет по-русски – Марьяна.
– Марьяна ведь и со мной когда-то судилась, – грустно рассказала она. – Моему сыну было 13 лет, когда она захотела лишить меня родительских прав на него. Она заявила в каких-то органах, что я не кормлю её брата, а спит он на полу… Это было такое чудовищное враньё… Как мне было тогда плохо – вам не передать. Ведь я в то время помогала семье бывшего мужа, из Америки посылала его детям одежду, деньги… Они мне потом такие письма писали с благодарностью… И обвинить меня в том, что я собственного ребенка не кормлю!.. Знаете, она даже нашла ему приёмных родителей. Павлик до сих пор не может её простить…
– А зачем ей понадобилось это враньё? – удивилась я.
– Такой уж она человек, – пожала она плечами, укутанными в платок. – Вот вы говорите – болезнь Альцгеймера! А это она зачем сказала? Она ведь за все годы после замужества мне ни разу не позвонила…
В Россию, но без любви
Приехав в Россию, Марианна очень много общалась с журналистами, выступала по телевидению, обращалась во всевозможные общественные организации. И нигде никому даже в голову не пришло усомниться в её словах. За исключением разве что уполномоченного по правам ребёнка Светланы Агапитовой, которая выслушала обоих родителей. В её аппарате не стали принимать ни сторону матери, ни сторону отца. Но понять, что для детей лучше, в таких историях всегда непросто.
В России Марианне Гринь безоговорочно верят по двум причинам: она раз – мать, два – наша гражданка. И дети её – наши граждане. И неважно, что родились они в Штатах и в Италии, не важно, что в нашей стране живут несколько месяцев, а гражданству их – без году неделя. Кстати, отдельный вопрос, как Марианне, покинувшей родину больше 30 лет назад, удалось получить российский паспорт. Как известно, для тех, кто в нашей стране живёт постоянно, это процедура непростая, не слишком приятная, а главное – долгая. Для детей гражданство она оформила с письменного согласия Майкла, который, конечно, не мог предположить, как жена это использует, и до сих пор кусает локти.
Эта неординарная женщина знала, что делала. Она учла все ошибки, допущенные подругами по несчастью. Не только оформила российские паспорта, но даже позаботилась о квартире в Петербурге. Это не может не вызывать восхищения: она сражалась за детей. В конечном счете, она обязательно победит. Но победу ей обеспечат, увы, не столько её человеческие и материнские качества, сколько вновь приобретенное гражданство и особенности толкования законов в нашей стране.
Майкл Макилрот может набить чемодан решениями итальянских судов, но в России не будут их исполнять. Нет у нас такой практики. В конце января это подтвердилось: Городской суд Санкт-Петербурга отказал гражданину США Макилроту в иске, в котором тот просил нашу страну обеспечить исполнение решения суда Флоренции о его единоличной опеке над детьми. Правда, формулировка была такая: итальянское решение – временное, то есть не относится к категории таких, какие подлежат исполнению на нашей территории. Дескать, будет окончательное – милости просим.
– В нашем законодательстве нет такого понятия, как единоличная опека, – объяснила “Фонтанке” юрист аппарата детского омбудсмена Мария Грунтова. – Есть понятие – определение места жительства ребенка. Суд должен исходить исключительно из интересов детей, но если решение предполагает высылку российских граждан за пределы страны – большой вопрос, будет ли оно принято.
По всем европейским законам поступок Марианны – киднеппинг. В мае 2011 года Россия присоединилась к Гаагской конвенции, согласно которой должна трактовать это точно так же – как похищение. Теоретически детей должны вернуть к отцу. Но Марианна прекрасно понимает, что в России этого не произойдёт.
– Да, наша страна присоединилась к Конвенции, но в действие она пока не введена, – рассказала юрист Мария Грунтова. – Не прописаны механизмы возвращения детей на место жительства, не создан орган, который будет этим заниматься.
Теоретически Майкл Макилрот тоже может увезти детей из России. Хоть бы и в багажнике посольской машины, как это сделал бедолага Пааво Салонен. И такой поступок не будет считаться похищением, потому что у Майкла есть решение итальянского суда о единоличной опеке. Но Марианна всё предусмотрела: неспроста её дети живут в интернатах под круглосуточной охраной. Да и не выпустят отца с детьми из России: Марианна запаслась соответствующей бумагой из погранслужбы.
И даже упомянутый дипломатический скандал пойдет Марианне Гринь на пользу: вряд ли американское консульство еще раз рискнёт и сунется помогать Майклу Макилроту.
Выбирать между мамой и папой для детей – это заведомо неблагодарное и дурацкое занятие, понятно, что нужны оба. Но в таких историях, как эта, выбирать приходится не столько между родителями, сколько между государствами. Если детей Марианны Гринь оставят с ней в России, отца они, скорее всего, смогут видеть очень редко или не смогут видеть вообще. Если они будут жить с отцом, то Марианна вернётся в Италию или в Штаты. Скорей всего, у детей тогда будут оба родителя. Если, конечно, эти двое сумеют договориться друг с другом. Но хватит ли у российских судей мудрости и храбрости, чтобы понять это?
Особое мнение (вместо постскриптума)
Заранее предвижу возмущённые реплики наших патриотически настроенных сограждан: про “америкоса” проклятого, про храбрую русскую женщину, променявшую европы с америками на родные наши осинки…
Хочу обратить внимание вот на что. “Америкос” Майкл Макилрот воспринимает Россию с явным уважением – как цивилизованную страну, где споры можно решать только при помощи суда. Именно поэтому он терпеливо ездит в Петербург, судится, проигрывает и снова судится.
Российская гражданка Марианна Гринь, если судить по её поступкам, исходит как раз из того, что её драгоценная родина – страна дикая, неумная, где на законы поплёвывают, где журналисты пишут под диктовку того, кто громче рыдает. И поэтому родиной можно пользоваться, как угодно.
Лично вам кто симпатичнее?
Ирина Тумакова, “Фонтанка.ру”
Today in St. Petersburg, the hearing for the recognition of the Italian judgment providing that the children should live with their father, was held. The judge scheduled a final hearing for Friday, January 25, for the decision.
The case involves the recognition of an Italian civil judgment under a 1978 agreement between Russia and Italy for the recognition of each country’s civil judgments. The treaty expressly includes judgments in family law matters. At today’s hearing, representatives of the Italian consulate to St. Petersburg were also present.
This blog has reached the 20,000 visitors mark! The family and friends of the abducted children wish to express their heartfelt thanks for all the encouragement and offers of support they have received. This has only increased in the time since the children were abducted from their home in Florence, Italy and illegally taken to Russia by their non-custodial mother.
