Monthly Archives: March 2012

Those who isolate abducted children – The St. Petersburg Rabbi

UPDATE – 2 April 2012

The father reports having now met with the Yeshiva director, Rabbi Tolochinsky, who has promised to try to arrange visits with the children and to pass along messages from family and friends. He said the meeting seemed constructive, but family and friends are holding judgment until the children are in touch with their family and friends and so far this has not occurred. The community of Florence is praying that the director does this and puts an end to the inhuman terrible isolation of these children.

The concern is that the Yeshiva, having kept the children isolated from their lives for months, will now claim the children don’t want contact with family and friends, or simply that Marianne Grin refuses to collaborate with them. No one is so naive to accept such excuses. The Yeshiva created the problem. The Yeshiva is responsible for fixing it; they cannot now hide behind it, or behind Grin.


The Yeshiva where Marianne placed the boys after their abduction (Sam 14, Elliot 12, and Ezra 6) offers lodging for orphans and children from troubled families.

Adult inmates of modern prisons are allowed more communication with family and friends than these abducted children being guarded in the yeshiva.

The institute director is Rabbi Tolochinsky and it is under the authority of St Petersburg Rabbi Mendel Pewzner. They have taken no steps to put the children in touch with their family and have ignored pleas to permit them to contact the abducted children. Over the past months, family members and friends have repeatedly attempted to speak with the yeshiva’s director and have begged him to pass messages to the children and allow family to speak with them. The Yeshiva has refused to let the father see the children, although he has personally visited it on many occasions. Rabbi Pewzner, who has ultimate authority over the yeshiva, must explain why he allows this to occur.

The institute’s director has not answered e-mails, nor responded to telephone calls, not even from Marianne’s own mother who called repeatedly in Russian, and was not even allowed to convey happy birthday wishes.

Rabbi Pewzner simply says he does not want to get involved. Except he is involved, and he is responsible. He is illegally and immorally allowing this child abuse to occur.

Things are supposed to work the other way around. A good, decent person – and especially a devout religious man – would never have waited for family to get in touch with the children. He would have taken the initiative on his own to reach out to the family, and help the children communicate with their abruptly stolen lives. But not those responsible for the yeshiva of St Petersburg.

Below are just a few examples of many e-mails sent to the children, and which were not delivered.

We will publish more correspondence on this blog, because we believe there may also be decent human beings in these environments who care about the psychological well-being of children, and who will be deeply disturbed by the cruelty of keeping abducted children in deep isolation, and that Rabbi Pewzner is allowing this to take place.

We are hoping to find someone who can in secret provide the messages of family and friends to the children, so they know they are loved and missed. If the Rabbi of St Petersburg thinks children can be treated as prisoners, we’ll adopt prison tactics for communicating with them.

—– Forwarded Message —–
From: Uncle Kevin” <;;;>;;;” <;;;>;;;
Sent: Wednesday, March 28, 2012 9:26 AM
Subject: Yeshiva (Sam and Eli)

Dear Mr. Tolochinsky,

I was hoping that you could give this note to both Sam and Eli.

Thank you,


Dear Sam, Eli and Ezra,

Just wanted to say hi to you guys and let you know that I am thinking of you. Today I am in Boise, Idaho working at a computer chip company. I have to give an hour presentation to a group of people and then tomorrow I work in the lab here. Should be fun! The weather her is about the same as in St.Petersburg but still it is a little cold but no snow so I should be happy.

Next week I have to attend a meeting in Boston and work at the Harvard Medical Center. Should be a long week.

Last weekend I got a new electric skateboard. This one is really fast and goes about 22mph which is a little over 35kph. Kinda scary but a lot of fun! I’m trying to have my older one fixed but won’t know until Friday if it can be fixed. I’ll have to let you guys ride it (it has a slower safe mode:>;;;) when you next come to visit California.

Well have to go but just wanted to send you a quick note saying hi.


Your uncle,


From: Edo
Sent: giovedì 22 marzo 2012 21.27
Subject: Re: Messages

these are some that I sent to mr.Tolochinsky….

Ciao Elliot qua sono successe davvero tantissime cose e te devi ASSOLUTAMENTE TORNARE!!!! sono state sospese molte persone (—-, —– ecc…) perchè la preside è veramente inca**ata x tutti questi rapporti….
Di rapporti di classe ne abbiamo 2, 1 perchè il—-, —-, e —– hanno urlato fuori dalla finestra alla gente offese….
Senza di te non è la stessa cosa, ma non ti abbbiamo dimenticato…
Appena torni in Italia sarai sicuramente in classe nostra, ti aspettiamo!!!
Tutti aspettano il tuo ritorno!!!!
La nostra classe non è completa senza di te!!!!
Spero tutte le nostre lettere x te dalla classe siano arrivate!!!!

Elliot non so se questa email ti è arrivata quindi te la rimando….

Ciao Elliot, come stai?
Ci manchi tantissimo e ci piacerebbe riaverti qua con noi….
ti è arrivata la lettera?
qua abbiamo cambiato tantissimi professori….alcuni meglio ed alcuni peggio…quello di arte ci fa ridere e con quello di lettere nn si fa mai nulla…
se puoi andare su internet scrivimi o pure telefonami dal telefono di casa o della scuola….
qui sono 3 ore indietro (qua sono le 22 là sono le 1…)
ti prego torna da noi ci manchi davvero tantissimo…
qua ci si diverte ma senza di te non è + la stessa cosa…

la classe nn è + la stessa…
neppure la mensa =P
mino probabilmente verrà sospeso x aver preso 3 rapporti….
ciao, Edo…
ps: e vai su un comp qualsiasi torna s&f cosi messaggiamo…. ho trovato un gioco bellissimoooo kiamato wizard101 ed ho soperto ke ci giocano emi, andrea e cosimo…
tanti saluti!

—– Forwarded Message —–
From: Uncle Kevin” <;;;>;;;
Sent: Thursday, December 15, 2011 8:33 PM
Subject: Для передачи Эллиоту МакИлрату

Hello Mr.Tolochinsky,

I am Eli’s Uncle from the USA/California and I would appreciate it if you can deliver this message to him.

Hi Eli,

I hope your doing well. Your father gave me an e-mail address that I could contact you at.

This is my personal e-mail address and you can write to it at any time.

I have just returned from a business trip to Boise, Idaho and am now I think home and not traveling for the rest of the year.

We painted my house and it looks great! We did it ourselves and it took only about 2 days but actually were still not finished (we still need to do the windows and the garage:<;;;(

Since I was not able to contact you since this summer and now that I have a way to contact you I thought I would write.

Lisa and Haley say hi and Haley can't wait to go to the waterslide park again with us if you can come to California next summer.

If you need anything please let me know.

I hope everything is well buddy.



———- Forwarded message ———-
From: Aunt Molly
Date: 2011/12/22
Subject: Re: Samuel and Elliot

Dear Dr. Tolochinsky,

Hello, my name is Molly and I am Samuel’s and Elliot’s aunt. As I’m sure you know, we have not had any contact with them in nearly 4 months and are very concerened about their well-being. I would like you to please give this message to them that their family is always thinking of them and especially during this time of Chanukka’. We hope to be able to see them soon. They have a 2 year old cousin, Zoe, who misses her cousins and asks for them all the time.

I look forward to your reply.

Thank you.


Marianne Grin (Марианны Гринь) – Discovery of Fraud – part 1

Marianne Grin, before resorting to the crime of parental child abduction in September 2011, where she violated an Italian custody decree and secretly escaped from Florence via Venice, Italy to St. Petersburg, Russia, embarked on a strategic campaign of false accusations against anyone she viewed as being against her.

The Italian custody decree stated than neither parent could take the children out of Italy without consent of the other. The father did not consent to having the children removed from their birthplace and home, to missing a year of education, and certainly not to locking them up in Russian institutions away from their family and friends.

See the key points of Judge Papait’s June 2011 decree (from the Florence court files):

Judge Papait Decree June 2011 Key points (taken from the official English Translation of the Italian Court document)

Ms. Grin had done the same thing at least once before, against her own mother, in the US. (see the blog post on Inessa Grin, ‘Isolated Grandmother, Statement of Despair, Jan 2009)

In her campaign of accusations in Italy, Grin targeted a number of women for her complaints: her sister-in-law, her former nanny, her former husband’s fiancé, his lawyer (female), the judge in the divorce case (female), her youngest son’s psychologist (female), as well as the court-appointed psychologist (male).

Why? False criminal accusations in Italy can tie up a divorce and custody case for years. This was legal strategy.

How do we know this? Because that’s exactly what Grin told her lawyers. She told them, “we must agree on domestic violence accusations as strategy.”

None of the accusations were based on reality.

Ms. Grin left behind boxes of documents in Florence, in her ex-husband’s apartment, located in the historic center 0f Florence, which the court had awarded her use of for her visitation with the children. Among them were a handwritten fax to her lawyers.








The example above is one dated March 10, 2009 (after the children were placed in legal custody of Social Services, before custody was awarded to the father), she asked her lawyers for a meeting to discuss a “strategy of violence”.

The “strategy”, she was clear, was a tool to gain sole custody. Her fax expresses anger that her former husband has left her and was with another woman, and also that she wants revenge against his lawyer (Zazzeri).

(Unofficial English translation made from the official Italian court document)

She even attached comments on US law stating that a “victim of domestic violence is virtually assured sole custody” in a divorce case.

Letter to Lawyer, March10, 2009 with legal authorities (Here you can see the second page where Grin highlights the US law and tactic to ensure sole custody)

Around the same time she sent another fax to her lawyers explaining how her last lawyer had damaged her by not advising her correctly on how to make the accusation of violence.




Unofficial English Translation:

“I have understood also, with shock again, that she has gravely damaged my rights under criminal law.

 She did not tell me the most important thing of all in my situation: that without an Emergency Room report, the criminal accusations of violence have little value.

 Italy has a system (that does not exist in other countries, and you have to know that I would not know that) where the Emergency Room is used for legal purposes. In the other countries the Emergency Room is a medical structure therefore used only for medical purposes.  That is: if there is not a medical reason to go to the Emergency Room, where I come from the Emergency Room will not accept you. They would tell you to call the police. Here though, you call the police, but if you do not go to the Emergency Room, the call and the police testimony has little value, as was explained to me by lawyer Bellxxxxx.”

A month later, on April 14, Grin began to implement her “violence strategy.” The charges were dismissed as being baseless. She would file more accusations later, and these also were dismissed as baseless.

The ex-husband also found drafts of pre-prepared witness statements, hand-written by Grin. It seems she prepared the accusations first, then decided who she would name as a witness. Here is an example (Taken from Russian Court documents):

Unofficial English translation of the Blank Witness Statement is posted here.



These are just examples. But Grin’s systematic invention of violence accusations were never accepted by the Italian prosecutors or judges, nearly a dozen of whom rejected them after noting Grin’s unreliability, and her tendency to “create and exaggerate situations of conflict.” (Taken from one of the judge’s dismissals)

Watch this space. In the future we’ll post documents showing how Grin falsified documents and other accusations, and used these to recruit naive parties to help “protect” her from non-existent violence that had not once been reported in 12 years of marriage, before she had a need for a “strategy” in court and before her husband wanted the separation and started a new relationship with another woman.

Elliot, FAI SEMPRE PARTE della classe fantastica 2E!!!!

Message from Elliot’s classmates, the Amazing Classe 2E.  Elliot is back row, second from right.  (Translation of message below)

“Ciao Elliot è passato un altro anno scolastico, ma ricordati che SEMPRE ED OVUNQUE sarai della classe fantastica 2E!
Ovunque tu sia sarai sempre con noi e noi non ti scorderemo MAI!
Ti aspettiamo fiduciosi, e pronti a fare una festa al tuo ritorno!
Ti vogliamo bene e daremo qualunque cosa per riavere un amico come te!
Speriamo che anche l’altra foto di classe ti sia arrivata!
Nessuno si scorderà mai di te e rimarrai sempre nei nostri cuori!
See you soon!
Tutta a 2E!!!!!
P.S.: come vedi ci sei anche te nella foto!E ricordati che in qualunque foto di classe ci sarai te!!!!”

“Ciao Elliot, a school year has gone by, but remember that you are ALWAYS AND EVERYWHERE part of the fantastic class 2E!
Wherever you are you will always be with us and we will not forget you EVER!
We’re faithfully waiting for you, and ready to have a party on your return!
We love you and we’ll give anything to have back a friend like you!
We hope that the other class picture we sent you arrived!
Nobody will ever forget you and you will always be in our hearts!
See you soon!
All of 2E!!!!!
PS.:  as you can see you’re even in our picture! And you’ll be in every class picture!”

Ezra – a Strawberry of Hope

Ezra – a Strawberry of Hope

In the Spring of 2011, five year-old Ezra planted a strawberry plant in a little garden he made in front of his house. Ezra’s favorite flavor is strawberry.  He was a very good gardener.

Every morning before going to school, Ezra checked to see if any new strawberries were peeking out. Every afternoon after school, he carefully watered his plant.  He chased away the snails and any threatening insects. He kept the ground near the strawberry clear of weeds.

Ezra’s plant produced only a handful of fruits, but he was pleased with his success. He made sure everyone had a chance to taste how delicious they were, freshly picked. When he came home from his vacation at the beach in August, he happily discovered his plant had survived the heat of the Tuscan summer. Before going to his mother’s for a vacation from which he has still not returned, Ezra watered his plant and pulled away some weeds near it. He checked his plant one last time before getting in the car.

Ezra has not seen his plant for nearly 7 months. If his family and friends at home could speak with him, they would have told him many things, including Happy Birthday on February 26, or that Florence had the coldest winter in the past 25 years, all covered in snow. But Ezra is in St. Petersburg, Russia, where he has been placed in an institute, a Yeshiva, where he is not permitted contact of any time with his family or his friends at home. No one has had contact with Ezra, in person or by phone, all this time.

Ezra does not even know that the most remarkable thing happened. When the Tuscan snows melted, his strawberry plant was still there, thriving.

It is waiting for Ezra to come home.

Инесса Гринь – бабушка отчаянный

The Grandmother’s statement – Russian

Я, нижеподписавшаяся, Инесса Грин, родившаяся 5 февраля 1941 г. в Москве (Россия), гражданка  США, проживающая в Санта Моника, Калифорния (США), заявляю следующее:

1.Я, мать Марианны Александровны Грин, родившейся в Москве 10 мая 1966 г. Несмотря на то, что являюсь бабушкой по материнской линии четырёх детей, рожденных в браке Марианны со своим мужем, никогда не видела их в моей жизни и не говорила с ними. По причинам, которые прояснятся в последующем в моем заявлении, я не вижу Марианну больше 16 лет, я боюсь её и того, что могла бы сделать в случае, если бы я попробовала встретиться с моими внуками.

2. Чтобы лучше объяснить ситуацию, должна предоставить некоторую информацию, касающуюся нашей семьи до нашего переезда в США. В Москве я закончила факультет журналистики в Московском университете, где встретила отца Марианны, Александра Грина. В 1963 году мы поженились. К несчастью, сразу после свадьбы, я поняла,  что он больной и что все, кто его знал, в том числе его мать, считали, что он страдает тяжелой формой психической нестабильности. У него был агрессивный темперамент, и он был склонен к неожиданным вспышкам злости.


В 1970 году мы развелись.


3. В 1981 году советские власти наконец-то разрешили мне покинуть страну с моими детьми Марианной  и её братом Павлом. Во время путешествия мы провели два месяца в Риме, ожидая необходимые документы, чтобы выехать в США.

4. Во время этих двух месяцев в Италии, на окраине Рима, я заметила, что Марианна изменилась в поведении, будучи в возрасте 15 лет. Она уже интересовалась мужчинами и возвращалась домой поздно ночью. Каждый вечер мы с моим сыном вынуждены были, зачастую безуспешно, искать её на улице. Мы не знали, где она и с кем. Я жила в постоянном страхе за неё. Она стала неконтролируема, агрессивная, жестокая и непредсказуемая. Вспыхивала по разным пустякам и злость долго не проходила.

5. Проведя два месяца в Италии, мы устроились в Чикаго, в США, где Марианна продолжала делать  нашу жизнь невозможной. Часто возвращалась домой очень поздно, и я продолжала бояться за неё. Спустя год нашего пребывания в Чикаго, Марианна переехала в Израиль на один год для учебы в колледже. Ей было всего 16 лет.

6. После того, как она вернулась в Чикаго, уже невозможно было контролировать её. На протяжении года, когда она была в Израиле, я страдала дисковой грыжей и провела несколько месяцев в больнице, и не могла передвигаться весь год. Когда Марианна вернулась, я могла ходить только на костылях и едва могла заботиться о себе и о братике Марианны Павле. Я нуждалась в помощи Марианны, но получала от неё только насмешки и жестокость. Например, зная, что я не могу наклоняться, чтобы поднять вещи, она ела и оставляла грязные тарелки на полу специально, чтобы я наклонялась поднять их. Смеялась над болью, которую мне причиняла. Её жестокость по отношению ко мне всё увеличивалась, доходя до уровня садизма. Ситуация становилась невыносимой.

7. В это время Марианна училась ещё в лицее. Я обратилась за помощью к социальным еврейским услугам Чикаго, чтобы они помогли мне управлять ситуацией с дочерью. Они согласились поместить Марианну в школу для трудных детей. Марианна после этого не вернулась больше жить со мной, хотя и приезжала навестить меня несколько раз в Лос-Анджелес, куда я переехала с её младшим братом Павлом.

8. Марианна приезжала, чтобы провести с нами время в Лос-Анджелесе, но были случаи, когда она применяла физическое насилие ко мне и её младшему брату. Во время одного  такого случая она поцарапала меня так сильно, что прошло две недели, пока глубокая рана зажила. В другой раз ей показалось, что её брат неуважительно отнёсся к ней,  и она его побила до такой степени, что я начала кричать и просить её остановиться, в страхе, что она может убить его, если не остановится.

9. Немного позже Марианна решила порвать всякую связь со мной, скомпрометировать меня как мать, лишить меня родительских прав на моего сына. Ещё сегодня мне трудно вспоминать это, она настаивала, чтобы я заявила, что неспособна быть матерью Павла, ее брата, и отдать его на усыновление в другую семью. Она попросила лишить меня родительских прав, заявив о своей правовой опеке Павла, рассчитывая таким путем получить экономическую помощь от государства, хотя и не думала заниматься им. На самом деле, она уже нашла семью, которая была согласна опекаться его, в случае, если бы она смогла добиться лишения меня родительских прав.

10. В попытке лишить меня родительских прав Марианна предоставила властям фальшивые данные обо мне и своем брате. Заявила, что у него не было собственной кровати, что я его не содержала и злоупотребляла им. Это были не только фальшивые заявления, но глупые и абсурдные вещи в отношении матери, которая в интересах своих детей приложила гигантские усилия, чтобы переехать со своими детьми в другую страну в надежде начать новую и лучшую жизнь, не имея там даже никаких родственников. Но Марианна тогда была девушкой, училась в университете, говорила лучше меня по-английски, была знакома с людьми, которые бы поверили ей, не добиваясь правды. Она убедила Павла, которому в это время было 14 лет, подписать заявление против меня. Но, несмотря на то, что Марианна настроила его против меня, и хотя он её очень боялся, Павел отказался от своего заявления и сказал, что не хочет быть усыновлен другой семьей, которую нашла Марианна, и не хочет жить с сестрой. С этого момента Марианна и Павел почти не разговаривали.

Одновременно с попытками лишить меня родительских прав на моего сына она обратилась в Jewish Family Services Лос-Анджелеса, учреждение по оказанию социальных услуг, рассказав им, что я психически больная и что я злоупотребляла своим сыном.

11. Существуют много других примеров, которые демонстрируют, что Марианна может применять насилие и быть агрессивной по отношению к членам своей семьи, не думая о том, как это отразится на их моральном и физическом состоянии. После этих происшествий я была глубоко потрясена фактом, что моя собственная дочь могла так повести себя со мной. В отдельных случаях я узнавала о её действиях только много времени спустя, после того, как ущерб уже был нанесён. Несмотря на принесенные мне страдания, в каждом случае я никогда не думала мстить ей и причинять ей такую же боль.

13. Несмотря на то, что Павел остался под моей опекой, попытка Марианны настроить его против меня наложила ужасную печать на мои отношения с ним, нанеся ему же моральный ущерб. Это был драматический опыт для мальчика в его возрасте и, к несчастью, он должен был пережить всё это, пока власти не подтвердили, что все заявления Марианны не имеют ничего общего с правдой. Но ущерб уже был нанесён. Думаю, что с этого дня Павел остался напуганным всем тем, что Марианна способна сделать.

14. После этого мы с Марианной больше не виделись и не разговаривали. Но она тесно подружилась с моей сводной сестрой Светланой Богуславской, которая жила в Москве и с которой Марианна установила дружеские отношения после своей поездки в Россию, будучи уже взрослой. Перед тем, как оставить Россию ребёнком, Марианна никогда не имела родственных отношений с моей сестрой и её семьей и никогда её не видела, за исключением отдельных случаев, до того, как я увезла свою семью из России. В действительности, я прекратила общаться с моей сводной сестрой в 1973 году. Эта новая дружба Марианны привела к возникновению новых случаев проявления ее аномального поведения в отношении своей настоящей семьи.

15. Чтобы понять лучше, дочь моей сводной сестры и её семья не были евреями и поэтому не имели никаких прав просить убежища в США, как это сделала я в отношении себя и своей семьи. После встречи с моей сестрой в Москве, Марианна решила помочь ей и её дочери с семьей эмигрировать в США. Она попросила меня помочь ей, делая лживые заявления иммиграционным властям США о том, что я, якобы, отказалась делать это. Она хотела, чтобы я заявила, что семья моей сводной сестры еврейская, и что поэтому они подвергаются преследованиям в России. Но это была ложь, и это бы выяснилось из советских документов моих родственников.

16. Марианна очень разозлилась на меня за отказ. Она мне сказала, что если я не подпишу документ, я никогда не увижу её будущих детей и моих внуков. Я опять отказалась, и она, наконец, перестала просить меня об этом.

17. Много лет спустя я узнала, что после того как я отказалась подписывать фальшивое заявление, Марианна написала в американское отделение по иммиграции, что я психически больная и что она имеет право подписывать документы вместо меня. Прикладываю к настоящему документу копию письма от 4 августа 1997 года, полную фальшивых заявлений. Она использовала свои рекомендации в качестве выпускницы университета Harvard, чтобы вызвать доверие к ней и недоверие ко мне. Она заявила, что поддерживает связь с психиатром в Калифорнии, у которого я, якобы, лечилась от психического расстройства. Она сказала, что правила профессиональной этики и конфиденциальности запрещают ей назвать имя психиатра, но что она сама может подтвердить мой диагноз. Это заявление было лживым и, следовательно, противоречивым. Если правила профессионального этикета и конфиденциальности запрещали бы психиатру называть имена своих пациентов (что верно), она никогда бы не могла иметь разговор, о котором она написала в письме. В любом случае, заявление было полностью фальшивым, учитывая, что я никогда не лечилась у психиатра, и мне никогда не ставился диагноз психическое расстройство.

18. В письме говорится о многих фальшивых фактах, как например, что я «приказала» ей покинуть мою квартиру в Лос-Анжелесе, что я угрожала вызвать полицию, чтобы арестовать её, что я на ключ запирала дверь и заставляла своего сына спать на улице, а также другие обвинения. Она также  солгала, заявив, что моя мать хотела эмигрировать в США. У меня много писем от своей матери, которые свидетельствуют, что она хотела остаться в России, чтобы провести там последние годы своей жизни (она говорила, что слишком стара, чтобы начинать новую жизнь в иностранном государстве) и что она абсолютно не хотела переезжать на жительство в Соединенные Штаты, или в любое иное место с моей сводной сестрой и ее семьей.


19. Через много лет после того, как Марианна написала это письмо обо мне, я узнала о нем случайно в связи с одним слушанием в Суде г. Москвы. Оно было предъявлено против меня в ходе судебных действий, когда я попросила уточнить свои права на наследство после того, как узнала, что семья моей сводной сестры забрала себе квартиру моей матери после ее смерти. Как видно из факса, строка данных вверху листа свидетельствует, что он был отправлен с номера 011390555520523, который мне известен, как номер телефона Марианны во Флоренции, Италия.  Направление в Суд своего письма, отправленного годы назад американскому правительству, имело целью представить меня в глазах судьи как человека, которому нельзя верить, передав “документы”, которые казались официальными и должны были представить меня, как психически больную и не имеющую никаких контактов с моей матерью. Ещё раз я была глубоко ранена  от всего этого, особенно потому что была очень привязана к моей матери, и, в действительности, могла бы много рассказать детям Марианны – моим внукам- путём разговоров, встреч, о продолжительной переписке с моей матерью до конца её последних дней. Было абсолютной ложью, со стороны Марианны, утверждать, что я отказалась признавать свою мать.

20. Такого рода письмо, содержащее многочисленные фальшивые заявления против меня было отправлено американским иммиграционным властям от имени моей сводной сестры Светланы 11 сентября 1997 года, копию которого я прикладываю к настоящему заявлению. Хотя в письме не указан адрес Светланы, оно повторяет все обвинения, направленные в мой адрес от Марианны в письме от 4 августа 1997 года со ссылкой по всем вопросам обращаться к Марианне. В нем говорится, например, что я издевалась над моим сыном, и что он уже должен быть передан на усыновление в другую семью, что он был оставлен вне дома на длинный период, так как я не разрешала ему войти в дом и, что я сказала ему заботиться о себе самому. Было очень любопытно, что моя сестра говорит про меня такие вещи, не только потому, что это всё было ложью, но и потому, что в том же письме (что как уже было сказано, может подтвердить племянница), она утверждала (с точностью), что мы не разговариваем уже 25 лет. Напоминаю, что моя сестра не говорила на английском языке. Я полагаю, что автором письма, наверное, является опять же Марианна, ввиду того, что в нем высказывалась та же самая ложь про меня, что выдумывала она. И это же письмо было отправлено с факса Марианны во Флоренции, когда было представлено в Суде г. Москвы через несколько лет, в попытке помешать мне унаследовать квартиру моей матери.

21. На протяжении лет, и много раз, я пыталась восстановить наши отношения с Марианной, несмотря на трудности общения с ней. Каждый раз получала со стороны Марианны отказ и другие жестокости по отношению ко мне.  В настоящее время, после того, как моя мать умерла, Павел и Марианна не разговаривали много лет, у меня нет никакой возможности узнать что-нибудь о своих внуках, которых я никогда не видела. Марианна окончательно разорвала все отношения со своей семьей.

22. Как это ужасно для матери, и в особенности, для бабушки, и я надеюсь, что придет день, когда мои внуки убедятся, что я их всегда любила и поймут, что не из-за недостатка любви я их никогда не видела. Я беззащитная в отношении Марианны и всего того, что она может делать. Она адвокат и ей ничего не стоит направить закон против меня, делая фальшивые заявления. У меня нет физических и финансовых возможностей, чтобы защищаться от нее, и она это знает. Моя дочь умеет показать себя, хотя бы внешне, пострадавшей стороной тем, кто ее плохо знает. В то же самое время, когда она представляла себя, как бедную и покинутую дочь, она использовала свои знания и экономические возможности, как выпускница юридического факультета Гарвардского университета, чтобы оболгать меня и разрушать отношения своего брата со мной.

23. В итоге, действия Марианны на протяжении лет сводились к следующему:

– Направлять фальшивые документы против меня в адрес разных властей, в т. ч. в суд и в Управление иммиграции Министерства юстиции США;

– объявлять меня психически больной, создавая документы для убеждения в этом;

– заявлять на меня, как на применяющую насилие, в то время как насилие применяла она ко мне и к своему брату;

– утверждать, что я «использовала» своего сына и что не давала ему даже кровати, чтобы спать;

– насмехаться надо мной и унижать меня публично;

– применять необоснованные действия по лишению меня родительских прав на моего сына Павла;

– пытаться разрушить отношения между своим братом Павлом и мной, так же как между ней и мною.

24. В заключение, надеюсь, я смогла объяснить, почему я сделала это заявление. В этом году мне исполнится 68 лет, и по вине своей дочери я потеряла много лет, которые могла бы посвятить моим внукам, как бабушка. Эти годы никто мне не вернет. Моя дочь отказалась от меня, подвергая меня своей жестокости, насилию, унижению, насмешкам, я не хочу, чтобы мои внуки страдали так, как страдаю я. Они заслуживают лучшей жизни. Это больше не должно повториться, и их жизни не должны быть разрушены, как Марианна пыталась сделать со своей родной семьей.

25. Могу засвидетельствовать вышеизложенное, если в этом будет необходимость.

10 января 2009 года.

Инесса Грин

How to Help – Send Message to Elliot, Abducted Child Writer

In our previous post, ‘11 Year Old Writing Book Before Abduction‘, we mentioned how the father of the abducted children is working to have his son’s book published. The reaction has been overwhelming, with thousands reading the post overnight and many writing from around the world asking how they can help.
We’ve been thinking and there is something people can do to help.
1. Read the first chapter of Eli’s book, The Half Elf, and post your thoughts about it to this blog, in the comments section. We will do all we can to have your messages of encouragement delivered to Eli in St. Petersburg, Russia where he is being prevented any contact with relatives and his friends.
2. Forward this link to others to read and comment on his chapter as a way to help draw attention to the plight of Eli and the other children.
The Yeshiva in St Petersburg, Russia, where Elliot and his brothers now reside and are not being allowed contact with their family in Italy and the US and their friends, while his sister is living in another institution that takes in girls. The institutions in which the children have been placed offer a home for orphans and children from underprivileged families.
Background on Elliot’s book project:
At the top of this post is Elliot’s handwritten introduction to his book, explaining how he started his project. (Translation of his handwriting below.)
“I started writing this (version of the) book at the age of 10 and I finished at ____.
About me: my name’s Elliot (Jacopo) McIlwrath. I live in Florence, and my parents are separated. I live with my father in a 3-floor house. I started writing this book when I discovered a friend of mine was, and I thought it was a good idea. I must thank him very much for this idea. [deleted text] I started the Book in the: Month started: March, probably 5th-10th.
Year: 2011
Age: 11″
Eli with his younger brother Ezra, building his tree house the summer before being abducted from their home in Florence.

11-Year Old Writing Book Before Abduction

In the year before being abducted and all communications with family cut off, Eli (Elliot), an 11-year old had been waking up each morning at 6am and earlier to work on his book while he had coffee and breakfast with his father, before his brother and sister got up for school. Since his father had written a book, Eli figured he would too, only he planned to write a blockbuster and sell millions of copies.

Eli’s goal was to be published at 12, an age he has reached since his abduction. But it is a dream his father is helping him make real by assembling and editing together all the materials his son left behind in his notebook and on his computer. Eli’s close friend at the Masaccio middle school, Edoardo, is acting as the book’s Senior Editor, by ensuring that the completed story is faithful to the ideas that Eli often described to him late at night during sleepovers.

Here is the beginning of Chapter 1 of ‘The Half Elf’.

For the rest, you’ll have to buy the final version, to be published later this year since Eli’s goal was not only to be published, but to sell a million copies, or certainly more than his father’s book!

Chapter 1


“It was another beautiful spring morning in Astengurt, a small city known for its peacefulness, and the inhabitants had just started planting their plants in the farms.”

My grandfather took a puff from his pipe and continued with his usual Tuesday extremely long bedtime story.

“While the whole city was laughing, joking and listening to the music made by the birds, even the walls knew someone somewhere near the farms was not and never was happy. His name was Geoffrey Chosser, a well-known maniac.” …

Download first entire chapter: Half Elf – Chapter 1